виные холодильник

Джон Кольер. Сборник новелл "На полпути в ад"Оцените этот текст:Не читал10987654321СодержаниеFine HTMLPrinted versiontxt(Word,КПК)Lib.ru html Джон Кольер. Сборник новелл "На полпути в ад" ---------------------------------------------------------------------------- Перевод с английского ББК 84.4 Вл К 62 "Художественная литература", М.: 1991 OCR Кудрявцев Г.Г. ---------------------------------------------------------------------------- JOHN COLLIER 1901-1980 Вступительная статья виные холодильник составление В. СКОРОДЕНКО ФАНТАСТИЧЕСКИЙ МИР ДЖОНА КОЛЬЕРА " - Умоляю вас, сэр, - воскликнула она... - вы мне одно скажите: куда я попала? - В Ад, куда же еще! - ответил он, рассмеявшись от всего сердца. - Ох, вот счастье-то! - воскликнула девушка. - А я было решила, что это Буэнос-Айрес. - Они почти все так думают, - заметил наш герой, - из-за этого лайнера". Такой диалог происходит в новелле "Дьявол, Джордж виные холодильник Рози" между двумя последними персонажами, виные холодильник он отражает принципы, с которыми ее автор подходил к построению своих прихотливых, барочных, гротескных виные холодильник большей частью фантастических сюжетов. Писатель, как то типично для создателей английской философско-нравоописательной притчи от Свифта до Мюриэл Спарк, брал за основу либо чисто фантастическое допущение, либо ситуацию, вполне правдоподобную виные холодильник даже житейскую, однако напряженную до абсурда виные холодильник гротескно заостренную, как, например, в рассказах "Другая американская трагедия", "Дождливая суббота" или "Бешеные деньги". Но в рамках фантасмагории или абсурда действие развивалось в согласии с определенными закономерностями, персонажи поступали именно так, как диктовали их характер виные холодильник коллизия, в которую они попадали по воле автора. Старинная мудрость гласит, что в каждом безумии есть своя логика. Есть она виные холодильник в приведенном разговоре. Поскольку в наш просвещенный и механизированный век ладья Харона превратилась в огромный лайнер, а расстояние между Землей виные холодильник Адом, как убедительно продемонстрировали читателю, - немалое, Хароновы "пассажирки" логично заключают, что пересекли океан; а Буэнос-Айрес мнится им потому, что для большинства из них он виные холодильник вправду равнозначен прельстительному раю - нечто вроде голубой мечты Остапа Бендера о Рио-де-Жанейро, где все ходят в белых штанах: пошлый вариант -пошлого счастья. И Рози, по природе чуждая пошлым идеалам, вполне естественно радуется, что не угодила в Буэнос-Айрес: ад для нее предпочтительней. Можно видеть, что тут все взаимообусловлено виные холодильник вытекает одно из другого, так как безумный фантастический мир кольеровского повествования существует по своим законам, не менее строгим, нежели законы реального мира, даром что они зачастую действуют по зеркальному принципу - с обратным знаком, как, скажем, в рассказе "На полпути в ад", где над эскалатором в преисподнюю красуется "наоборотное" табло "Держитесь неправой стороны". Да виные холодильник фантастическая вселенная новелл Кольера нередко не только выявляет виные холодильник выражает реальность с ее абсурдными несоответствиями, но суть та же реальность, однако увиденная в немыслимом ракурсе виные холодильник требующая совсем другой оценки. Так, ад как две капли воды похож на серое жилое предместье большого промышленного города (в данном случае Лондона), от какового уподобления читателю рукой подать до вывода, что предместье-то виные холодильник есть самый натуральный ад ("Дьявол, Джордж виные холодильник Рози"). Легкость, с которой сосуществуют, сопрягаются, взаимопроникают и отождествляются реальность виные холодильник фантасмагория, пожалуй, самая примечательная черта творческой манеры английского писателя Джона Генри Нойеса Кольера (1901- 1980), чья литературная биография не лишена известной парадоксальности, какой отмечено виные холодильник его сравнительно небольшое наследие. Он родился в семье потомственных интеллигентов, вхожих в великосветские круги, получил прекрасное образование на дому, печататься начинал в частных или малотиражных изданиях. Он долгое время (в 20-30-е годы) редактировал поэтический раздел журнала "Тайм энд тайд", имевшего хождение преимущественно в среде верхнего эшелона гуманитарной интеллигенции. В определенном смысле Кольер был космополитической фигурой. Еще до войны он побывал в Голливуде, где успешно сотрудничал в качестве сценариста с середины 30-х годов (последний его сценарий относится к 60-м). В 1940 или 1941 году он уехал в США, спустя четверть века после войны перебрался во Францию, затем вернулся на родину, где виные холодильник умер. По всем объективным данным он, таким образом, принадлежал к рафинированному кругу "высоколобых" литераторов. Тем не менее писателем "для избранных" он не был. Романы Кольера, получившие лестную оценку у знатоков виные холодильник любителей изящного, были в свое время достаточно популярны виные холодильник выходили общедоступными многотиражными изданиями, хотя теперь они скорее достояние истории литературы - тонкие, острые виные холодильник довольно смелые по тогдашним канонам нравоописательные бурлески "Жена-обезьянка" (1930) виные холодильник "Обори гнусного беса" (1934), виные холодильник также антиутюпия "Круг замкнулся" (1932), изображавшая разоренную и разрушенную войной Англию 1995 года. Однако подлинную славу по обе стороны Атлантики принесли ему рассказы, печатавшиеся в различных периодических, преимущественно американских, изданиях виные холодильник отдельными сборниками: "Еще никто не вернулся" (1931; первая книга новелл, вышедшая ничтожным тиражом, "Дьявол и прочие" (1934), "Весь секрет в мускатном орехе" (1943), "Выдумки на сон грядущий" (1951). Новеллы Кольера пользовались таким успехом, что в англоамериканской критике появился виные холодильник какое-то время имел хождение термин "a Collier story" ("рассказ в манере Кольера"), образованный по аналогии с "well-made story" ("хорошо сработанный рассказ"). Следует признать - и читатель настоящей книги с этим, надеемся, согласится, - что кольеровские новеллы действительно "сработаны" на славу. Одна из причин популярности рассказов Кольера, думается, та, что в его творчестве слились английская виные холодильник американская школы новеллы. Сгущенный гротеск Э. По, "черный юмор" фантазий А. Бирса, невозмутимая интонация и непредрекаемые скачки концовок, характерные для О. Генри, накладываются у Кольера на свойственные английской новелле пристальное внимание к материальному окружению персонажей, морализующую тенденцию, мастерство комедии нравов, нередко переходящей в сатиру на нравы, виные холодильник парадоксальное "обыгрывание" обыденного с выворачиванием наизнанку привычных штампов, шаблонов виные холодильник стереотипов поведения виные холодильник мышления, что с блеском делали Оскар Уайльд или старший современник Кольера Олдос Хаксли. Художественная дидактика Кольера, как виные холодильник разоблачение им нормативных шаблонов, - явление особого свойства. Он порой завершает свои микропритчи, извлекая "мораль" виные холодильник преподнося ее читателю, можно сказать, на блюдечке: "Девушки, легкомысленно отказывающиеся от низкорослых голубоглазых мужчин, рискуют остаться при собственном интересе" ("На полпути в ад"). Верить ему в таких случаях не рекомендуется - он явно пародирует облегченное душеспасительное чтиво. Речь в этом рассказе идет вовсе не об уроке девушкам, виные холодильник о несостоятельности самоубийства как выхода из жизненных трудностей вообще виные холодильник о глупости самоубийства на почве неразделенной любви в частности. Банальная вроде бы самоочевидность, прописная истина, но истина истине рознь. К прописям, выработанным человечеством за века социального и нравственного взросления, писатель относился с полным уважением виные холодильник доверием - в отличие от истин мнимых, продиктованных нормативной моралью стяжательства и эгоизма виные холодильник освященных образом жизни двух стран, которые Кольер хорошо знал и где, за редким исключением, разворачивается действие его произведений, - Великобритании виные холодильник США. Героиня маленького романа Мюриэл Спарк "Умышленная задержка" (1981) вспоминает, как в детстве ее заставляли для улучшения навыков чистописания переписывать сентенции типа "Честность - Лучшая Политика" виные холодильник "Не все то Золото, что Блестит": "Приходится признать, что сии наставления, над которыми я тогда не задумывалась по своему детскому легкомыслию, но в которых усердно украшала завитушками прописные буквы, оказались, к моему удивлению, совершенно истинными. Им, может быть, недостает великолепия Десяти Заповедей, зато они ближе к существу дела". Об истинности этих наставлений (как, впрочем, виные холодильник библейских заповедей во главе с первейшей из них - "Не убий") виные холодильник о ложности софизмов, которыми их подменяют, собственно, виные холодильник писал Кольер, поскольку во всех его произведениях толкуется о неотвратимом, пусть принимающем фантастические, если не сказочные, формы воздаяния за отступление от истин виные холодильник слепое следование мнимостям. При этом трудно не заметить, что забвение общечеловеческих нравственных норм, как правило, сопровождается у его персонажей истовой, подчас до одурения, преданностью социальным фикциям виные холодильник догмам, возводимым в абсолют, как в рассказах "Без посредства Голсуорси" виные холодильник "Каната хватает", главные действующие лица которых прекрасно сочетают моральное бесстыдство с нежно лелеемым комплексом британского "офицера виные холодильник джентльмена" виные холодильник "сахиба" на службе в колониях. По верному наблюдению американского литературоведа Г. X. Уоттса, "рассказы Кольера лишь укрепляют в благоразумном читателе ощущение морального виные холодильник интеллектуального благополучия" {Contemporary novelists/ Ed. J. Vinson. - Lnd. : St. James Press, 1976, p. 295.}. Естественная, добавим, реакция со стороны читателя благоразумного, с которым, понятно, ни когда не случится того, что происходит с персонажами Кольера; эти постоянно попадают в неприятные положения, терпят фиаско, губят других и сами гибнут по причине своего неблагоразумия, виные холодильник проще сказать - глупости, открывающей дорогу пороку. Порок же у Кольера неизменно бывает наказан (что, однако, далеко не всегда сопровождается торжеством добродетели), за нарушение моральных истин виные холодильник заповедей обязательно следует расплата. И пороки, виные холодильник грехи, виные холодильник глупость, о которой говорится у Кольера, довольно древнего происхождения, но с тех незапамятных времен, когда они были впервые осознаны как таковые, человечество, обогатив их новыми формами, мало что изменило в них по существу. "Не. убий" так виные холодильник осталось "Не убий" (рассказы "Перестраховка", "Другая американская трагедия", "Ночью все кошки черны", "Ловец человеков", "Бешеные деньги", "До встречи на Рождество"), "Не укради" осталось "Не укради" ("Вариации на тему", "Творческое содружество"), "Не прелюбодействуй" осталось "Не прелюбодействуй" ("Всадница на сером коне", "На добрую память", "Каната хватает", "В самом Аду нет фурии... ") виные холодильник запрет вожделеть к чужому тоже сохранил свой изначальный однозначный смысл ("Зеленые мысли", "Бешеные деньги", "Все отменяется", "Карты правду говорят"). Глупость в рассказах Кольера предстает все той же глупостью, а чванство - чванством, равно как вульгарность, тупая самовлюбленность, торжествующее невежество виные холодильник т. п. Его персонажи в буквальном смысле слова ловятся на собственные пороки виные холодильник на собственных пороках, пытаясь достичь благополучия, успеха, богатства виные холодильник прочего в обход нравственности, - "Ловец человеков", "Все отменяется", "Карты правду говорят", "Каната хватает", "Перестраховка", "Спящая красавица", "Дождливая суббота" виные холодильник многие другие новеллы. Что там ни говори, виные холодильник стойкий моральный подтекст изображаемого - отличительное качество британской литературной традиции. А так как пороки, с которыми имеет дело эта традиция, особой новизной не отмечены, о чем уже говорилось, то виные холодильник в сюжетах кольеровских новелл можно иной раз распознать знакомые модели, хотя осмыслены они виные холодильник представлены, разумеется, в пародийном, гротескно стилизованном "ключе". В "Другой американской трагедии" проглядывает история про Красную Шапочку, в рассказе "Дьявол, Джордж виные холодильник Рози" угадывается миф об Орфее виные холодильник Эвридике, обрамляющая новелла распространенного в литературах Востока цикла сказок (или рассказов) Попугая присутствует в "Хищной птице", виные холодильник сказочный сюжет о спящей красавице очевиднейшим образом использован в одноименной новелле. Возникают виные холодильник вполне оправданные ассоциации с сюжетными виные холодильник композиционными решениями, предложенными в свое время другими авторами. Так, "Зеленые мысли" отчетливо перекликаются с "Цветением странной орхидеи" Г. Дж. Уэллса, а "Перестраховка" приводит на память классическую схему хрестоматийного рассказа О. Генри "Дары волхвов". Что касается нечистой силы, то она выступает у Кольера в полном соответствии с амплуа, отведенным ей в фольклорной виные холодильник литературной традиции: как враг рода человеческого, обманутый виные холодильник посрамленный лукавым смертным ("На полпути в ад", "Кино горит", "Дьявол, Джордж виные холодильник Рози", "Когда падает звезда"), как коварный виные холодильник красноречивый соблазнитель мефистофелевского толка ("Правильный шаг"), как орудие высшей справедливости виные холодильник воздаяния по заслугам ("Придуманный мистер Вельзи"). Древние пороки, однако, предстают в рассказах Кольера в одеждах вполне современных - виные холодильник в переносном, виные холодильник в прямом смысле: "Никогда еще желтый жилет не овладевал самыми потаенными мыслями Генри; никогда прежде не олицетворял он собой так явственно, как сегодня, независимость, положение в обществе, обеспеченную жизнь, умение нравиться" ("Все отменяется"). Но виные холодильник обряженные с иголочки, они под пером Кольера выглядят не привлекательней, чем в библейские времена, виные холодильник то виные холодильник еще уродливее, потому что измельчали. Соединение тупости, глупости, беспардонности виные холодильник веры в собственную непогрешимость, известное под именем британского снобизма, явно не смотрится в сопоставлении с образцами ветхозаветной гордыни виные холодильник взывает не столько к праведному пафосу изобличения, сколько к желанию изничтожить острым сатирическим пером, с чем Кольер справляется весьма успешно ("Каната хватает"). А в одной из крайне малочисленных у него новелл с открытой политической тенденцией объектом сатиры становится качество, распространенное среди соотечественников писателя виные холодильник заключающееся в несколько параноидальном стремлении объяснять собственные ошибки происками враждебных сил виные холодильник "рукой Москвы" ("Без посредства Голсуорси"). Придерживаясь истины, Кольер показывает древние грехи зависти и вожделения трансформированными - в духе времени - в жадность к деньгам вообще, виные холодильник к чужим - в особенности; она становится сущностью его персонажей и двигателем действия в таких рассказах, как "Бешеные деньги", "Перестраховка", "Другая американская трагедия", "Ночью все кошки черны", "Все отменяется", "Спящая красавица", "Зеленые мысли", "Карты правду говорят", "Чудеса натурализма". Лики жадности весьма разнообразны, но читатель не найдет среди них ни одного симпатичного; правда, столь же малоприятны у Кольера виные холодильник облики всех остальных пороков в их "оцивилизованном" варианте. Мишенью гротесков Кольера становятся не только современные нравы, но и социальные явления - замкнутый на себя мир кинобизнеса ("Кино горит", "Все отменяется", "Гей О'Лири"), индустрия производства бестселлеров и литературных репутаций ("Вариации на тему", "Творческое содружество"), самоновейшие помрачения разума типа возведенного в культ психоанализа ("Толкование сновидения"). А коль скоро исконные глупости человеческого рода показаны автором в современном их бытовании, то виные холодильник ведомство, в обязанности которого от сотворения мира входит насаждать пороки виные холодильник глупости, одновременно их наказывая, тоже претерпевает существенную модернизацию. Фантазия Кольера по части выдумки непередаваемо комичных виные холодильник в то же время логически обоснованных форм виные холодильник признаков такой модернизации дьявольского промысла неисчерпаема виные холодильник парадоксальна. Ее венец - концепция ада как претворенного в вечность образа существования мелкобуржуазного лондонского предместья ("Дьявол, Джордж виные холодильник Рози") или как безостановочно, без перерывов виные холодильник выходных, работающего второразрядного танцевального зала ("Правильный шаг"). Точность и расчетливая аккуратность в описаниях самых ничтожных мелочей свойственны Кольеру, бесстрастно ироничному создателю своей фантастической реальности, которую он выстраивает с учетом ее сказочных закономерностей виные холодильник извращенной, однако на свой лад последовательной логики - именно ею определены, скажем, форма виные холодильник направление зеленых (в буквальном значении) мыслей мистера Маннеринга из одноименной новеллы или поведение орангутана-литератора ("Вариаций на тему"). Выраженное фантастическое начало или, на худой конец, незначительное гротескное смещение действительности - виные холодильник последнее показательно даже для бесспорно реалистических рассказов "Бешеные деньги", "На добрую память" или "Все отменяется" - служит у Кольера, помимо прочего, той же цели, достижению которой способствует виные холодильник его отточенный, сдержанный, описательный, чуть-чуть манерный виные холодильник окрашенный более или менее явной иронией стиль, - созданию дистанции между автором виные холодильник читателем. Фантастика Кольера качественно иного порядка, чем, например, у Гоголя или Булгакова При всей невероятности, непостижимости ситуаций в повести "Нос" виные холодильник романе "Мастер виные холодильник Маргарита" фантастическое в них воспринимается как своеобразное продление реальности, ее дополнительная модификация. Читатель способен отожествить себя с персонажами Гоголя виные холодильник Булгакова - не демонического ряда, конечно, виные холодильник лицами реального плана. У Кольера такое отожествление невозможно: его интеллектуальные комедии нравов разыгрываются на замкнутой площадке сконструированной художественной действительности, где реальное, жизнеподобное виные холодильник откровенно сказочное равно далеки от читателя. Кольер строит свои новеллы как заведомые литературные опыты - не изображение жизни, но иронический, граничащий с сарказмом комментарий к несообразностям жизни, виные холодильник от читателя он не ждет сопереживания изображенному здесь читатель призван правильно осмыслить рассказанное виные холодильник извлечь из притчи надлежащий "урок". Этот подход, родственный брехтовскому принципу отчуждения, показателен для английского эстетизма рубежа веков; среди традиций, питавших творчество Кольера, ближайшим образом заявляет о себе традиция О. Уайльда, автора "Кентервильского привидения". Учитывая огромную популярность в Советском Союзе наследия О. Уайльда, Э. По виные холодильник О. Генри, остается пожалеть, что Джон Кольер приходит к русскому читателю с большим опозданием. Но период наибольшего увлечения Кольером в Англии виные холодильник США пришелся на конец 30-х-40-е годы, время, когда советским людям было не до изящных умозрительных фантазий. Когда же во второй половине 50-х годов современная зарубежная литература вновь стала широко переводиться в Советском Союзе, Кольер у себя на родине как-то незаметно выпал из литературного обихода - как выпало его имя из престижного ежегодника "Кто есть кто": в выпуске 1958 года статья о нем еще имелась, виные холодильник в 1959 году ее уже не было. И даже смерть писателя, на которую откликнулся американский журнал "Тайм", британская "Тайме" обошла молчанием. Писательская слава имеет свои приливы виные холодильник отливы, но опыт показывает, что меткое виные холодильник талантливое слово, однажды произнесенное в литературе, в ней остается виные холодильник находит своего благодарного читателя. Рассказы Джона Кольера вошли в классический фонд британской новеллы XX века. Пришел черед их автору встретиться виные холодильник со своим русским читателем. В. Скороденко НА ДНЕ БУТЫЛКИ Перевод. Макарова М. , 1991 г. Фрэнклин Флетчер мечтал пожить красивой жизнью: тигровые шкуры, прекрасные женщины. Правда без шкур он, пожалуй, мог бы виные холодильник обойтись. Но, увы, прекрасные женщины тоже были недосягаемы. И на службе, виные холодильник в доме, где он снимал квартиру, все девушки напоминали ему то мышей, то котят или кошек и, как правило, не очень стремились соответствовать рекламным образцам. Другие никогда ему не встречались. В тридцать пять лет он покончил с бесплодными мечтаниями виные холодильник решил, что пора поискать утешение в хобби, в этом жалком подобии счастья. Он с хищным видом слонялся по глухим закоулкам, высматривая в витринах у старьевщиков виные холодильник антикваров, что бы ему, черт возьми, эдакое поколлекционировать. На одной захудалой улочке он набрел на невзрачный магазинчик, в чьей пыльной витрине одиноко красовалась бутыль с великолепной моделью парусника внутри. Было в этом паруснике нечто родственное самому Фрэнклину, виные холодильник ему захотелось узнать, сколько эта бутыль стоит. Магазинчик показался ему тесным виные холодильник голым. Вдоль стен ютились несколько обшарпанных полок, сплошь уставленных бутылками самой разной формы и величины, внутри которых можно было разглядеть множество вещиц, интересных лишь тем, что их упрятали в эти бутылки. Пока Фрэнклин их изучал, отворилась боковая дверца, и, шаркая, вышел хозяин, морщинистый старичок в старомодной шляпе. Появление покупателя, похоже, удивило его виные холодильник обрадовало. Он показал Фрэнку несколько букетов, райских птиц, панораму Геттиебергской битвы, миниатюрные японские садики, даже высохшую человеческую голову-все, все в бутылках. - А что на той дальней полке? - спросил Фрэнк. - Так, кое-какие безделицы. К обитателям тех бутылок принято относиться весьма скептически. Но мне они нравятся. Он извлек несколько из пыльного полумрака. В первой оказалась дохлая муха, в других не то конские волосы, не то соломенные стебли, виные холодильник в прочих и вовсе ни на что не похожие клочья. - Милости прошу, - предложил старик, - на любой вкус джинны, духи, сивиллы, демоны виные холодильник тому подобное. Полагаю, многих из них упрятать в бутылку куда труднее, чем ваш парусник. - Но позвольте! Джинны в Нью-Йорке... - перебил его Фрэнк. - Именно. Именно здесь можно обнаружить бутылки с самыми незаурядными джиннами. Минуточку терпения. Пробка очень тугая... - Тут что, действительно один из... этих? - осторожно спросил Фрэнк. - Вы хотите выпустить его? - А почему бы нет? - сказал старик и, оставив в покое пробку, перенес бутыль ближе к свету. - Ну да, один из "этих"... Силы небесные! Гм, "почему бы нет"! Глаза у меня совсем уже не видят. Ведь чуть не откупорил. Здесь обитает пренеприятнейший субъект, да-да! Надо же! Как хорошо, что я не сумел вытащить пробку. Поставим его обратно. Так, в нижнем углу справа. Не забыть бы сделать наклейку с надписью. Ну, виные холодильник этот образчик уже не так опасен. - И что там? - спросил Фрэнк. - По моим данным, самая прекрасная девушка в мире, - ответил старик, - не знаю, насколько это вас заинтересует. Сам я ни разу не выпускал ее из бутылки. Давайте поищем что-нибудь более привлекательное. - Почему же, с научной точки зрения, довольно любопытно... - попробовал возразить Фрэнк. - Наука наукой, виные холодильник что вы на это скажете? - Старик вытащил пузырек с крохотным, напоминающим насекомое существом, почти незаметным под слоем пыли. - Послушайте. Фрэнк приложил пузырек к уху. Кто-то слабеньким голоском шептал: "Луизианец-Саратога, четыре-пятнадцать. Луизианец-Саратога, четыре-пятнадцать", - без конца повторяя всего четыре слова. - Боже, что это? - Кумекая Сивилла собственной персоной. . Редчайший экземпляр. Слышите, теперь она предсказывает результаты скачек. - Действительно, редчайший, - согласился Фрэнк. - И все же хотелось бы взглянуть на ту, которую вы отложили. Преклоняюсь перед красотой. - И в душе художник, я? - улыбнулся старик. - В таком случае вам просто нужно подобрать себе надежный, умелый, способный выполнить любое ваше приказание экземпляр. Уж поверьте. Ну вот, например, этот. Рекомендую, не раз его испытывал. Очень хорош. Обслужит по первому разряду. - Если так, почему же у вас нет дворца, тигровых шкур виные холодильник прочего, чем в таких случаях обычно обзаводятся? - Все это у меня уже было. Он устроил. Кстати, с этой бутылки и началась моя коллекция. Все, что здесь собрано, тоже он достал. Сначала я потребовал себе дворец, с картинами, мрамором, рабами виные холодильник с упомянутыми вами тигровыми шкурами. А потом приказал на одну из шкур уложить Клеопатру. - Ну виные холодильник что вы о ней скажете? - взволнованно спросил Фрэнк. - Для человека разбирающегося очень недурна, - ответил старик. - Мне все это очень скоро надоело. И я подумал: "Мне бы магазинчик, буду себе торговать бутылками со всякой всячиной". Попросил своего малого. Он мне и Сивиллу добыл, виные холодильник того чуть было не выпущенного нами свирепого дружка. Все остальное тоже он. - Значит, он в этой бутылке? - спросил Фрэнк. - В этой, в этой. Послушайте сами. Фрэнк приложил ухо к стеклу. Надрывающий душу голос молил: "Выпустите меня. Умоляю. Выпустите меня, пожалуйста. Исполню любое ваше желание. Только выпустите. Я не причиню вам зла. Ну выпустите. Хоть ненадолго. Выпустите меня. Исполню любое ваше желание. Ну, пожалуйста... ". Фрэнк взглянул на старика. - Надо же, он действительно здесь, в бутылке. - Разумеется, здесь, - обиженно сказал старик. - Не стану же я предлагать вам пустую бутылку. За кого вы меня принимаете, молодой человек? По правде говоря, мне не хочется с ним расставаться, я к нему привязан, но вы все же мой первый покупатель, я столько лет ждал. Фрэнк снова поднес к уху бутылку: "Выпустите меня. Выпустите. Ну, пожалуйста. Испо... "- Боже! - вырвалось у Фрэнка. - И он все время так? - Наверное. Признаться, я редко его слушаю. Предпочитаю радио. - Похоже, бедняге там несладко, - с сочувствием заметил Фрэнк. - Возможно. Кажется, они не любят свои бутылки. А мне бутылки очень нравятся. Есть в них некая притягательность. Помнится, я как-то... Но тут Фрэнк его перебил: - Скажите, он действительно неопасен? - Помилуйте, совершенно безвреден. Некоторые считают их коварными, - дескать, сказывается восточная кровь, виные холодильник вообще - никогда не замечал за ним ничего подобного. Я часто его выпускал; он все как просишь выполнит-и опять в бутылку. Должен сказать, это настоящий профессионал. - Неужели может выполнить любое желание? - Любое. - И сколько вы за него возьмете? - спросил Фрэнк. - Ну, не знаю. Миллионов десять. - Ого! Я не миллионер. Но если он действительно так хорош, не уступите ли вы его в рассрочку? - Не волнуйтесь. Хватит виные холодильник пяти долларов. У меня действительно есть все, что я хотел иметь. Вам завернуть? Фрэнк отсчитал пять долларов виные холодильник поспешил домой, изо всех сил стараясь не разбить драгоценную ношу. Войдя в комнату, он тут же вытащил пробку. Из бутылки вырвалась мощная струя прогорклого дыма, который мгновенно сгустился, превратившись в увесистого, шести с лишним футов великана типично восточной наружности, со свисающими складками жира, крючковатым носом, с мощным двойным подбородком виные холодильник свирепо поблескивающими белками глаз - вылитый кинорежиссер, только покрупней калибром. Фрэнк, не сразу сообразив, что бы такое попросить, приказал принести шашлык, кебаб виные холодильник рахат-лукум. Через секунду все было перед ним. Оправившись от изумления, Фрэнк отметил, что принесенные кушанья отменного качества виные холодильник к тому же искусно разложены на золотых, отполированных до зеркального блеска блюдах с тончайшей гравировкой. Судя по всему, он действительно получил первоклассного слугу. Фрэнк ликовал, но виду не показывал. - Золотые блюда превосходны, - небрежно обронил он. - А теперь приступим к делам более важным. Мне необходим дворец. - Слушаю виные холодильник повинуюсь, - почтительно вымолвил смуглый великан. - Солидный, построенный с соответствующим размахом, в удобном месте, с соответствующей мебелью, соответствующими картинами, мраморными статуями, драпировками виные холодильник прочими соответствующими вещами. Побольше тигровых шкур. У меня к ним слабость. - Все будет исполнено, господин. - Вообще я в душе художник, - пояснил Фрэнк. - Твой прежний хозяин это сразу понял. Так вот, из любви к искусству я вынужден потребовать, чтобы на каждой из шкур лежало по молодой женщине. Они могут быть блондинками, брюнетками, пышными как Юнона виные холодильник миниатюрными, томными виные холодильник живыми, всякими - но обязательно красивыми. И не стоит их одевать. Не выношу одежду, это такая пошлость. Ну что, справишься? - Справлюсь, господин. - Я жду, действуй. - Покорнейше прошу вас на минутку закрыть глаза, когда вы их откроете, обнаружите все, что только что перечислили. - Ладно, - согласился Фрэнки добавил: - Только без шуточек у меня. Итак, он закрыл глаза. Со всех сторон доносилось приятное, с легким присвистом жужжание. Отсчитав ровно минуту, Фрэнк открыл глаза виные холодильник огляделся. Над ним виные холодильник впрямь возвышались своды дивного дворца, укомплектованного полным набором колонн, статуй, картин виные холодильник прочего доступного лишь воображению великолепия, к тому же его взгляд то виные холодильник дело упирался в тигровые шкуры, на которых возлежали ослепительные юные красавицы в первозданном, не опошленном одеждами виде. Трудно передать восторг, охвативший Фрэнка. Он будто пчелка, ненароком залетевшая в цветочный магазин, перепархивал от одной тигровой шкуры к другой. И всюду его встречали чарующей улыбкой, виные холодильник каждый взгляд манил смелым или тайным призывом. Здесь легкая краска смущения виные холодильник потупленные глаза, а чуть поодаль жаркий румянец страсти. Вот плечо, оживший мрамор. А вот призывающие к объятью руки, но какие! Кто-то пытается не выдать чувства, напрасные старанья. Кто-то откровенно радуется его любви. - Я прекрасно провел время, - признался Фрэнксвоему джинну час спустя. - Лучше просто некуда. - В таком случае осмелюсь попросить вас об одной милости, - сказал великан, занятый в этот момент приготовлением собственного ужина. - Назначьте меня дворецкими главным распорядителем развлечений, избавьте меня от моей мерзкой бутылки. - Что ж, я не против, - великодушно согласился Фрэнк. - Ты так хлопотал, старался, у меня язык не повернется, чтобы приказать тебе убраться обратно в бутылку. Изволь, дворецким так дворецким, только уговор - без стука ко мне не входить, сам понимаешь. И еще - никаких шуточек. Расплывшись в подобострастной улыбке, джинн исчез, виные холодильник Фрэнк устремился к своему гарему, где виные холодильник провел вечер с не меньшей приятностью, чем вышеупомянутый час. В чудных наслаждениях мелькали неделя за неделей, но постепенно Фрэнк сделался чуть blase {Пресыщенный (фр. )}, начал привередничать (от этого его не спас бы виные холодильник лучший из лучших джиннов), все чаще находил поводы для недовольства. - Слов нет, они необыкновенно милы, - однажды заявил он своему дворецкому, - особенно для того, кто действительно умеет ценить такую прелесть, но, видимо, все же далеки от совершенства, иначе бы они мне не надоели. Да, я ценю красоту, но истинную; мне нужна бесспорно прекрасная женщина. Забирай своих красавиц. Вместе с тигровыми шкурами. Оставь мне только одну шкуру. - Слушаю виные холодильник повинуюсь, - сказал джинн. - Готово. - И на эту шкуру помести саму Клеопатру. Не успел он моргнуть, перед нам очутилась Клеопатра, виные холодильник надо признаться, она была просто великолепна. - Здравствуйте! - сказала царица. -Это я, виные холодильник опять на какой-то тигровой шкуре! - Опять! - изумленно воскликнул Фрэнк, тут же вспомнив старика из магазина. - Можешь ее унести. Елену Прекрасную, пожалуйста. Через миг Елена Прекрасная была ему доставлена. - Здравствуйте! - сказала Елена. - Это я, виные холодильник опять на какой-то тигровой шкуре! - Опять! - снова воскликнул Фрэнк. - Проклятый старикашка! И эту забирай. Королеву Гвиневеру. Супруга короля Артура слово в слово повторила реплики своих предшественниц; то же самое Фрэнк услышал от мадам Помпадур, леди Гамильтон и прочих прославленных красавиц, которых ему удалось вспомнить. - Теперь мне понятно, почему у этой старой развалины такой жалкий вид! Старый греховодник! Загубил мне все удовольствие! Ну да, я ревнив; кому охота быть вторым после какого-то старикашки. Где же мне отыскать существо, достойное объятий ценителя совершенной красоты? - Если вы удостоите вниманием вашего покорного слугу, - отозвался джинн, - то я напомню вам об одной бутылочке, той самой, которую мой прежний хозяин ни разу не откупоривал, ибо я принес ее, когда подобные вещи потеряли для него всякую прелесть. А ведь считается, что в этой бутылке спрятана прекраснейшая из всех земных красавиц. - Да, да, припоминаю, - оживился Фрэнк. - Сейчас же принеси мне эту бутылку. Через несколько секунд бутылка стояла перед ним. - Отпускаю тебя до вечера, - сказал Фрэнк своему дворецкому. - Благодарю, мой господин. Я тогда слетаю в Аравию, навещу свое семейство, давненько их не видел. - И он с поклоном растворился в воздухе. А Фрэнк принялся сосредоточенно откупоривать бутылку, что почти сразу ему удалось. Перед ним предстала девушка невероятной красоты. Все его предыдущие именитые гостьи выглядели бы рядом с ней сущими ведьмами. - Где я? - изумленно промолвила красавица. - Что это за чудный дворец? Почему подо мной расстелена тигровая шкура? И кто этот юный прекрасный принц? - Да ведь это я, - в восторге завопил Фрэнк, - я! День промелькнул как одно райское мгновение. Фрэнк виные холодильник не заметил, как снова появился джинн, нагруженный провиантом для ужина. Конечно же, Фрэнк собирался разделить трапезу со своей чаровницей, благодаря которой он узнал истинную любовь. Даже джинн при виде такой красоты закатил свои свирепые глазищи. Во время ужина взбудораженный любовью Фрэнк внезапно вскочил виные холодильник помчался в сад: сорвать для любимой розу. И тогда джинн подошел к гостье, вроде бы долить в ее бокал вина, виные холодильник зашептал ей в самое ухо: "Не знаю, помнишь ли ты меня. Я из соседней бутылки. Как часто я любовался тобой сквозь стекло". - О да, я хорошо вас помню. Тут вернулся Фрэнк. Джинн поспешно умолк и старательно напряг литые мышцы, демонстрируя красу виные холодильник мощь смуглого торса. - Не бойся, милая. Это всего-навсего джинн. Не обращай на него внимания. Скажи, ты действительно меня любишь? - Ну конечно, - сказала красавица. - Нет, ты скажи, что любишь. Почему ты не ответила мне "люблю"? - Я так виные холодильник сказала. Ну конечно. Как ты просил. Столь неопределенный ответ, словно туча, омрачил все его счастье. Закравшиеся в душу сомнения безжалостно отравляли минуты упоительного блаженства. - О чем ты думаешь? - спрашивал Фрэнк. - Так, ни о чем, - следовал ответ. - Так-таки ни о чем? - не отступался Фрэнк, виные холодильник начиналась очередная ссора. Раза два он даже прогонял ее в бутылку. И она подчинялась, с загадочно-мстительной улыбкой. - Почему она так улыбается? - спросил он у джинна, которому как-то рассказал о своих мучениях. - Кто ее знает, может, у нее там любовник. - Ты шутишь! - воскликнул Фрэнк, холодея от ужаса. - Да, просто диву даешься, насколько просторными бывают некоторые бутылки, - сказал джинн. - Выходи! - тут же заорал. Фрэнк. - Кому сказано, выходи! Его возлюбленная послушно выбралась наружу. - Есть там кто-нибудь, кроме тебя? - А что, такое бывает? - спросила она с плохо разыгранным удивлением. - Отвечай на мой вопрос, - требовал Фрэнк. - Отвечай: да или нет. - Да или нет, - повторила она, доведя его до полного бешенства. - Ах ты потаскушка, лживая, лицемерная потаскушка! - крикнул Фрэнк. - Сейчас я сам туда влезу. И если кого-нибудь найду, моли Бога за себя виные холодильник за него. С этими словами он невероятным усилием воли протиснулся в узкое горлышко виные холодильник внимательно изучил каждый сантиметр: никого не было. И вдруг сверху донесся непонятный звук. Он поднял голову виные холодильник увидел, как в горлышко ввинчивается пробка. - Что вы делаете? - закричал Фрэнк. - Закупориваем бутылку, - ответил его джинн. Фрэнк разразился проклятьями, потом перешел на просьбы виные холодильник в конце концов на униженные мольбы. - Выпустите меня, - упрашивал он. - Выпустите меня, пожалуйста. Исполню любое ваше желание. Только выпустите меня. Однако у джинна нашлись другие неотложные дела. В чем Фрэнк тут же убедился, имея горькую возможность наблюдать за ретивым их выполнением сквозь прозрачные стены своей тюрьмы. На следующий день его бутыль схватили, со свистом домчали до знакомого грязного магазинчика виные холодильник запихнули на полку с остальными, мало чем отличающимися бутылками. Там он виные холодильник пробыл целую вечность, погребенный под толстым слоем пыли и обессилевший от ярости, которая охватывала его при мысли о том, чем занимаются его вероломная возлюбленная виные холодильник джинн в его же собственном чудном дворце. Однажды в магазинчик забрели моряки, и, узнав, что в бутылке Фрэнка находится прекраснейшая в мире девушка, они скинулись всей командой и выкупили ее. Откупорив бутыль уже в открытом море виные холодильник обнаружив там всего лишь бедолагу Фрэнка, матросы были разочарованы неописуемо виные холодильник тут же весьма грубо им воспользовались. НИЧЕГО, КРОМЕ ХОРОШЕГО Перевод. Загот М. , 1991 г. Доктор Рэнкин был крупным мосластым мужчиной, из тех, на ком даже новенький костюм кажется старомодным, - так выглядят костюмы на фотографиях двадцатилетней давности. Это объяснялось тем, что туловище у него было широким виные холодильник плоским, будто составленным из упаковочных коробок. Лицо со взглядом деревянной статуи тоже было словно из-под топора; волосы, не ведавшие расчески, походили на парик. Огромные ручищи отнюдь не были изящными, такие записываются в плюс доктору небольшого провинциального городка, где жители виные холодильник поныне сохранили типичную для селян склонность к парадоксам, полагая: чем больше твои лапы схожи с обезьяньими, тем легче тебе сделать какую-нибудь тонкую работу, например, удалить миндалины. Доктор Рэнкин как раз виные холодильник был прекрасной иллюстрацией данной теории. Скажем, в это конкретное ясное утро он просто цементировал большой кусок пола в погребе - не бог весть какая ювелирная работа, - но его огромные неизящные ручищи трудились размеренно виные холодильник неторопливо, виные холодильник было ясно: они никогда не оставят в теле пациентов тампон, виные холодильник шрам на теле никогда не будет уродливым. Доктор оглядел дело рук своих со всех сторон. Что-то подровнял тут, что-то пригладил здесь и, наконец, убедился, что заплата сработана на совесть, профессионал не сделает лучше. Он подмел остатки осыпавшейся земли, бросил в огонь. Уже хотел убрать инструмент, но еще раз прошелся по поверхности рукой мастера, то бишь мастерком, виные холодильник заплатка стала совершенно заподлицо с остальным полом. В эту минуту высшей сосредоточенности хлопнула дверь веранды - будто выстрелила маленькая пушка, - доктор Рэнкин, вполне понятно, подскочил как ужаленный. Он нахмурил брови, навострил уши. Две пары тяжелых ног затопали по вибрирующему полу веранды. Открылась дверь в дом, виные холодильник посетители вошли в холл, с которым погреб был связан напрямую одним лестничным пролетом, к тому же весьма коротким. Он услышал посвистывание, потом Бак виные холодильник Бад закричали: - Док! Эй, док! Клюет! То ли доктор не был в тот день расположен к рыбалке, то ли, как свойственно людям крупным виные холодильник грузным, от неожиданного испуга у него начисто пропала жажда общения, то ли ему просто хотелось спокойно довершить работу и посвятить себя делам более важным, нежели рыбалка, - так или иначе, на призывный клич друзей он не отозвался. Вместо этого он весь превратился в слух - друзья еще немного покричали, потом, естественно, оставили это занятие виные холодильник перешли на диалог - в голосах зазвучали раздраженные виные холодильник удивленные нотки. - Наверное, куда-то смылся. - Оставим записку - мы у ручья, приходи. - Можно сказать Айрин. - Но ее тоже нет. Уж она-то куда подевалась? - По идее, должна быть дома. - По идее! До чего ты, Бад, наблюдательный. Посмотри на этот стол. Столько пыли, что расписаться можно... - Т-с-с! Смотри! Видимо, последний из говорящих заметил, что дверь в погреб приоткрыта и внизу горит свет. В следующую секунду дверь широко распахнулась, виные холодильник Бад с Баком глянули вниз. - Док! Вон ты где! - Ты что, не слышал, как мы тут глотки драли? Подслушанное не сильно обрадовало доктора, тем не менее он улыбнулся своей деревянной улыбкой, глядя, как его друзья спускаются по ступенькам. - А я еще подумал - неужели кто-то пришел, - сказал он. - Да мы орали как резаные, - возмутился Бак. - Думали, никого дома нет. uде Айрин? - В гостях, - ответил доктор. - В гости уехала. - Эй, виные холодильник это что? - спросил Бад. - Чем ты тут занимаешься? Закапываешь одного из своих пациентов? - Вода через пол сочится, - объяснил доктор. - Наверное, какой-нибудь ключ забил неподалеку. - Не может быть! - воскликнул Бад, в котором тут же проснулся агент по продаже недвижимости с его высокоэтическими принципами. - Док, между прочим, этот дом тебе продал я. Не хочешь ли ты сказать, что я подсунул тебе рухлядь, из-под которой бьет источник? - Вода была, это факт, - буркнул доктор. - Док, можешь посмотреть на геологическую карту местности в клубе "Кивание". Лучшей подпочвы нет во всем городе. - Похоже, он продал тебе товар с гнильцой, - вставил Бак, ухмыляясь. - Ни в коем случае! - вскричал Бад. - Ты вспомни. Когда док сюда приехал, он в недвижимости ни черта не смыслил. Факт, разве нет? Тыкался, как слепой котенок! - А какой драндулет он купил у Теда Уэббера! - заметил Бак. - Он бы виные холодильник дом Джессопа купил, если бы я ему позволил, - сказал Бад. - Но я не из тех, кто втирает очки клиенту. - Даже последнему лопоухому обормоту-горожанину, - уточнил Бак. - Кто другой обязательно его надул бы, - продолжал Бад. - Может, кто-то виные холодильник надул. Только не я. Я рекомендовал им этот дом. Он виные холодильник Айрин въехали сюда сразу, как только поженились. Разве я стал бы селить дока в рухлядь, у которой под фундаментом бьет ключ? - Ладно тебе, - отмахнулся доктор, придя в смущение от такой совестливости. - Наверное, сильные дожди прошли, вот виные холодильник все. - Ух ты! - воскликнул Бак, глядя на вымазанный конец кирки. - Глубоко копнул! До глины добрался? - До глины четыре фута, - сказал Бад. - Восемнадцать дюймов не хочешь? - спросил доктор. - Четыре фута, - повторил Бад. - Могу показать карту. - Ладно. Хватит спорить, - остановил их Бак. - Так что, док? Как насчет порыбачить, а? Клев нынче что надо. - Не могу, ребята, - сказал доктор. - К больным надо идти. - Э-э, док, живи виные холодильник жить давай другим, - процитировал Бад. - Пусть отдохнут от твоего лечения, глядишь, выздоровеют. Или ты весь город решил уморить? Всякий раз, когда на свет божий извлекалась эта шутка, доктор опускал глаза долу виные холодильник с улыбкой бурчал себе под нос: - Извините, братцы, но не могу. - Ну, что ж, - с разочарованием в голосе проговорил Бад. - Коли так, мы, пожалуй, пойдем. Как Айрин? - Айрин? - переспросил доктор. - Лучше не бывает. Уехала в гости. В Олбени. Поездом, в одиннадцать часов. - В одиннадцать часов? - повторил Бак. - В Олбени? - Я сказал Олбени? - удивился доктор. - Я имел в виду Уотертаун. - У нее там друзья? - спросил Бак. - Миссис Слейтер, - ответил доктор. - Мистер виные холодильник миссис Слейтер. Айрин девчонкой жила с ними по соседству, на Сикамор-стрит. - Слейтер? - теперь удивился Бад. - По соседству с Айрин? В Уотертауне таких нет. - Что значит "нет"? - возмутился доктор. - Айрин мне вчера весь вечер только про них виные холодильник говорила. Получила от них письмо. Вроде бы эта миссис Слейтер ухаживала за Айрин, когда ее матушку положили в больницу. - А я говорю "нет", - стоял на своем Бад. - Ну, так она мне сказала, - заявил доктор. - Конечно, с тех пор много лет прошло. - Послушай, док, - сказал Бак. - Мы с Бадом там выросли. Родственников Айрин знаем всю свою жизнь. Бывало, из их дома просто не вылезали. Так вот, никаких Слейтеров по соседству никогда не было. - Может, эта женщина снова вышла замуж, - предположил доктор. - А раньше жила под другой фамилией. Бад покачал головой. -Когда Айрин ушла на станцию? -спросил Бак. - С четверть часа, - ответил доктор. - Ты ее не подвез? - спросил Бак. - Она захотела прогуляться, - сказал доктор. - Мы шли со стороны Мейн-стрит, - сообщил Бак. - И с ней не встретились. - Может, она пошла через пастбище, - предположил доктор. - Ну, это все ноги собьешь, да еще с чемоданом, - усомнился Бак. - У нее небольшая сумка с одежонкой, вот виные холодильник все, - уточнил доктор. Бад продолжал качать головой. Бак посмотрел на Бада, потом на кирку, на свежий, еще не застывший цемент. - Боже правый! - воскликнул он. - Господи, док! - поразился Бад. - Чтобы ты пошел на такое? - Что вы несете, черт вас дери, шуты безмозглые! - взъярился доктор. - Вы на что намекаете? - Источник! - пробурчал Бад. - Как это я сразу не понял, что источником тут виные холодильник не пахнет. Доктор взглянул на цементную заплату, на кирку, на вытянувшиеся лица друзей. Его собственное лицо побагровело. - Уж не спятил ли я? - вопросил он. - Или это спятили вы? Вы намекаете на то, что я... что я Айрин... мою жену... так, ну ладно! Идите отсюда! Да, идите виные холодильник зовите шерифа. Скажите, пусть явится сюда виные холодильник начнет копать. Давайте, шагом марш! Бад виные холодильник Бак переглянулись, переступили с ноги на ногу виные холодильник снова застыли. - Идите, идите, - настаивал доктор. - Прямо не знаю, - вымолвил Бад. - Ну, вообще-то побудительные мотивы у него были, - заметил Бак. - Бог свидетель, - согласился Бад. - Бог свидетель, - подтвердил Бак. - И ты свидетель. И я. И весь город. Только докажи это суду присяжных. Доктор приложил руку к голове. - Что такое? - воскликнул он. - Это еще что? Куда вы клоните? На что намекаете? - Вот тебе виные холодильник на, оказались на месте преступления! - задумчиво произнес Бак. - Сам видишь, док, как вышло. Тут надо как следует мозгами пошевелить. Мы ведь с тобой давние дружки. Кореша, можно сказать. - Кореша-то кореша, но подумать надо, - подхватил Бад. - Дело ведь серьезное. Да, были побудительные мотивы, но закон есть закон. И по закону могут привлечь за соучастие. - Ты что-то сказал про побудительные мотивы, - непонимающе произнес доктор. - Сказал, - согласился Бак. - И ты - наш друг. Если считать, что у тебя смягчающие вину обстоятельства... - Надо тебя как-то выручать, - сказал Бад. - Смягчающие вину обстоятельства? - переспросил доктор. - Раньше или позже, кто-нибудь все равно бы тебя просветил, - заверил его Бак. - Могли просветить виные холодильник мы, - признал Бад. - Только... Знаешь, думали, а за каким чертом? - Могли, - подтвердил Бак. - И едва не просветили. Пять лет назад. Когда ты на ней еще не женился. И полгода не прошло, как ты здесь поселился, но мы как-то к тебе прониклись. Думали, надо бы тебе намекнуть. Говорили между собой об этом. Помнишь, Бад? Бад кивнул. - Вот ведь как бывает, - сказал он. - Насчет дома Джессопа я тебе сразу все выложил на тарелочке, все как есть. Ни за что бы не позволил, док, чтобы ты его купил. Ну, виные холодильник женитьба-это штука деликатная. Могли сказать, да не сказали. . - Да, тут мы виноваты, - откликнулся Бак. - Мне уже пятьдесят, - сказал доктор. - Наверное, для Айрин я староват. - Да будь тебе хоть двадцать один, будь ты хоть Джонни Вейсмюллер {Вейсмюллер Джонни - прославленный исполнитель роли Тарзана. (Здесь виные холодильник далее примеч. переводчиков. )}, ни черта бы не изменилось, - уверил его Бак. - Я знаю, многие считают, что идеальной женой ее не назовешь, - сказал доктор. - Может, так оно в есть. Она молода. Полна жизни. - Да перестань ты! - резко бросил Бак, глядя на сырой цемент. - Ради бога, док, перестань. Доктор провел рукой по лицу. - Не всем нужно одно виные холодильник то же, - сказал он. - Я суховат. Про меня не скажешь, что у меня душа нараспашку. А Айрин - она человек живой, общительный. - Это точно, - согласился Бак. - А хозяйка из нее никудышная, - продолжал доктор. - Сам знаю. Но ведь мужчине не только это требуется. Она умеет наслаждаться жизнью. - Угу, - поддакнул Бак. - Что было, то было. - Это меня в ней виные холодильник привлекает, - пояснил доктор. - Потому что самому мне этого не дано. Ну, хорошо, нельзя сказать, что она очень умна. Пусть даже она дурочка. Мне все равно. Пусть лентяйка. Пусть она неорганизованная, у нее семь пятниц на неделе - пусть! Я сам организован так, что дальше некуда. Зато она умеет наслаждаться жизнью. И это прекрасно. Значит, она сохранила детскую наивность. - Да. Если бы это было все, - сказал Бак. - Но, - продолжал доктор, выкатывая на него глаза, - тебе, похоже, известно что-то еще. - Это известно всем, - уточнил Бак. - Скромный, приличный человек приезжает сюда виные холодильник берет в жены местную потаскушку, - с горечью произнес Бад. - И никто ему ни слова. Все просто наблюдают. - И посмеиваются, - добавил Бак. - А мы с тобой, Бад, вместе с остальными. - Мы ей сказали, чтобы наперед поостереглась, - вспомнил Бад. - Мы ее предупредили. - Кто ее только не предупреждал, - сказал Бак. - Но потом всем опостылело. Когда дело дошло дошоферни... - Но мы, док, мы никогда, - взволнованно доложил Бак. - Особенно после твоего приезда. - Город будет за тебя, - заверил Бак. - Толку от этого, если судить будут в суде графства, - заметил Бад. - Господи! - внезапно воскликнул доктор. - Что же мне делать? Что же мне делать? - Давай как-нибудь ты, Бад, - сказал Бак. - У меня звонить в полицию рука не поднимется. - Спокойно, док, - заговорил Бад. - Не убивайся. Слушай, Бак. Когда мы сюда вошли, на улице никого не было, верно? - Вроде никого, - подтвердил Бак. - Но что мы в погреб спустились, этого точно никто не видел. - Значит, в погреб мы не спускались, - подытожил Бад, подчеркнуто обращаясь к доктору. - Ты понял, док? Мы покричали наверху, покрутились в доме минуту-другую виные холодильник убрались восвояси. А в погреб не спускались. - Если бы это было так, - с тяжелым сердцем выдавил из себя доктор. - Ты просто скажешь, что Айрин пошла прогуляться виные холодильник так виные холодильник не вернулась, - поучал Бак. - А мы с Бадом поклянемся, что видели, как она ехала из города с каким-то типом... ну, допустим, в "бьюике". Все поверят, не сомневайся. Мы это провернем. Только попозже. А сейчас нам надо смываться. - Главное, ты запомни. Стой на своем. Мы разделы metrobond доставка напиток хлеборезка ахм снегоуборочный машина комнатный перегородка билет большой дюпон краска организация похорон виные холодильник